«Panama — Puente del Monde» — гласила табличка с номером на дверце такси.

— Мост между мирами, — перевел мистер Мандамус, хотя Хисако уже и без него поняла, что значат эти слова. Это одно из названий страны. Другое — «Сердце Вселенной».

— О! — вежливо удивилась Хисако.

Дело было в восемь часов вечера на восемнадцатом причале в Бальбоа, в тот день, когда «Накодо», переплыв Тихий океан, встал в док. Они взяли такси, чтобы отправиться в столицу Панамы — Панаму, зарево огней которой подсвечивало снизу хмурые тучи, висящие над темной, с редкими оранжевыми высверками, массой Бальбоа-Хайтс.

— Давайте скорей, Мандамус, я голоден, — торопил Брукман, уже сидевший в машине.

На прохождение таможенного контроля ушло гораздо больше времени, чем они рассчитывали.

— Пуэнте дель монде! — проговорил Мандамус. С неуклюжей галантностью он кинулся помогать Хисако, когда она садилась в машину, и, захлопывая дверцу, чуть не прищемил ей ногу, после чего взгромоздился на заднее сиденье рядом с Брукманом.

— Панама, пор-фавор

— Панама, о'кей, — ответил шофер, устало пожимая плечами. — Куда именно вы хотите?

— Виа Бразиль, — приказал Мандамус. Хисако засмеялась, прикрыв рот рукой.

— Виа Бразиль, — кивнул шофер. Засунув номер «Ныосуика», который только что читал, за щиток на ветровом стекле, он запустил двигатель. Автомобиль запрыгал на рельсах, утопленных в бетонный причал.

При выезде с территории канала на пересечении Авениды А и Авениды де лос Мартирес стоял ярко освещенный блокпост. Приближаясь к небольшой очереди из легковых автомобилей и грузовиков, шофер выругался и плюнул в окно, хотя американские и панамские военные скоро махнули им рукой, разрешая двигаться дальше. По другую сторону шлагбаума хвост автомобилей был гораздо длиннее.